Государство не вмешивается в ценообразование

Donetsk report

Комментарии по основным вопросам к законопроекту о трансфертном ценообразовании одного из разработчиков, партнера PwС Вячеслава Власова

"Зеркало недели", 18 января 2013

— Как вы оцениваете шансы на принятие Верховной Радой закона о трансфертном ценообразовании? Проголосует ли парламент за документ в его нынешнем виде?

— Сложно делать прогнозы. На мой взгляд, этот закон нужен Украине и должен быть принят. Другой вопрос, когда он вступит в силу, поскольку и государству, и бизнесу требуется время для подготовки к новым правилам.

— В документе предусмотрено, что он вступит в силу с 1 июля 2013-го. Хотя согласно требованиям действующего законодательства, это должно произойти не ранее 1 января 2014 г.

— Вы уже все сказали. Если закон будет принят в начале текущего года, в соответствии с Налоговым кодексом он может вступить в силу только с 1 января следующего года. В этом случае и у налогового министерства, и у бизнеса будет достаточно времени для подготовки к его применению. Если закон вступит в силу с 1 января 2014-го, то тогда в первый раз бизнес будет подавать отчетность о трансфертных ценах к 1 мая 2015-го, а проверка этой отчетности начнется уже после мая 2015 г. Почти два с половиной года — достаточный срок для того, чтобы подготовиться.

— Многие эксперты говорят о том, что баланс интересов государства и бизнеса в документе нарушен, а гайки закручиваются слишком жестко, что в перспективе будет иметь негативные последствия.

— Давайте посмотрим на этот вопрос с нескольких ракурсов. На бизнес возлагается новая обязанность: сообщать в Миндоходов о сделках между связанными лицами и с резидентами зарубежных низконалоговых юрисдикций, превышающих 50 млн грн в год по одному контрагенту. Крупный бизнес, в дополнение к этому, будет обязан документально обосновать рыночный уровень цен в таких сделках. Несомненно, это дополнительное бремя на бизнес. В свою очередь, и государство должно взять на себя дополнительные обязанности: подготовиться к осуществлению эффективного контроля над ценообразованием. В частности, государству потребуется инвестировать время и средства в наем инспекторов соответствующей квалификации, их профессиональное обучение, в приобретение существующих и создание собственных баз данных о ценах и экономических показателях деятельности бизнеса, в разработку новых программ проверок бизнеса, усиление аналитической функции налоговых органов и т.д. В перспективе все это должно привести к диалогу между бизнесом и налоговым министерством на одном языке.

Если сравнивать законопроект с правилами, уже действующими с 1 января этого года, в частности со статьей 39 Налогового кодекса, я бы не сказал, что от новых правил бизнес может пострадать больше. Действующие правила, в каком-то смысле, могут развязать руки Миндоходов. Налоговый инспектор сейчас может самостоятельно выбрать источник информации о рыночных ценах, метод определения этой цены и на этом основании предъявить бизнесу налоговые претензии в суде.

Законопроект предусматривает иной алгоритм действий. Бизнес сам будет сравнивать свои цены с рыночными, сможет сам доплатить налоги исходя из рыночных цен либо документально обосновать соответствие своих цен рыночному уровню. Бизнес сам будет выбирать методы и источники для такого сравнения, а Миндоходов должно будет лишь проверить правильность выбранных методов и источников. На мой взгляд, это ставит бизнес в более защищенное положение по сравнению с существующими правилами.

Законопроект очень четко определяет правила, которым должны следовать и налоговые органы, и бизнес. Четко обозначено, какие операции могут контролироваться, их перечень сокращен по сравнению с действующим законом. Четко обозначены методы определения рыночной цены и указаны коммерческие операции, в которых тот или иной метод используется. Расшифрован порядок применения методов в соответствии с европейской практикой, чего нет в действующем законодательстве. Источники информации о ценах, как и в действующем законе, определены очень широко, что идет на пользу бизнесу. Я не могу исключить споров относительно применения новых правил, но никто не отменял существующее в Налоговом кодексе правило "конфликта интересов", говорящего о том, что если одну и ту же норму закона можно истолковать по-разному, она должна трактоваться в пользу налогоплательщика.

— Вопрос о разрешении споров между бизнесом и налоговиками. В ходе обсуждения в Кабмине звучало предложение возложить эти функции на Минэкономики. По вашему мнению, какая здесь может быть логика? Насколько она оправдана?

— Как и любые другие налоговые споры, споры о применении правил трансфертного ценообразования должны решаться независимым судом, а не органом исполнительной власти. Для судов это будет абсолютно новая категория споров, и судьям нужно будет приобретать новые навыки, обучаться, перенимать опыт судебных органов других стран.

— Если говорить о переходных положениях законопроекта и, в частности, о возможности отклонения на 5% от рыночных цен для некоторых отраслей экономики. Это что — уступка, направленная на повышение шансов на принятие закона парламентом?

— Я бы назвал это попыткой наладить более простой и понятный диалог между отечественным бизнесом и Миндоходов, нежели применение продвинутых и широко распространенных в развитых странах правил трансфертного ценообразования. Суть переходных положений: до 1 января 2018 г. бизнес, осуществляющий внешнеторговые сделки со связанными лицами, находящимися в зарубежных низконалоговых юрисдикциях, будет иметь право выбора. Этот бизнес будет обязан использовать информацию о рыночных ценах из источников, определенных государством. Для налоговых целей ему будет разрешено оставлять за рубежом маржу не более 5%. Если бизнес это не устраивает, он может применять правила, о которых мы говорили ранее: предоставлять полную отчетность о трансфертных ценах, обосновывать рыночность применяемых цен, а также предоставлять информацию о дальнейшей реализации несвязанному лицу поставленных из Украины связанным лицам товаров. На данном этапе речь идет о сельскохозяйственной, металлургической и химической продукции.

— А не многовато ли полномочий предусмотрено для правительства — определять источники информации для определения рыночности цен, в ручном режиме изменять перечень товаров, на которые будут распространяться льготные условия?

— В идеальной ситуации переходных положений быть не должно, ко всем должны применяться одинаковые правила. Идея государства состоит в том, что прозрачный международный и украинский бизнес, имеющий операции в зарубежных странах, в том числе в низконалоговых юрисдикциях, будут следовать общим правилам трансфертного ценообразования. Он будет документально обосновывать рыночность цен в операциях между связанными украинскими и зарубежными компаниями либо соответствие рыночным принципам распределения прибыли между связанными украинскими и зарубежными компаниями. Прозрачный бизнес применяет эти правила в зарубежных странах, они для него не новы.

Переходные положения направлены на отечественные компании, которые осуществляют внешнеторговые операции через связанные зарубежные посреднические структуры, зарегистрированные в низконалоговых странах и не имеющие какого-либо экономического содержания, реальной хозяйственной деятельности. В таких операциях бизнес вряд ли сможет экономически обосновать высокий уровень маржи, который сейчас реально оставляется в низконалоговых юрисдикциях. На какой-то период государство соглашается с тем, что для налоговых целей определенный уровень маржи, оставляемой в таких странах, не будет оспариваться украинскими налоговыми органами. При этом с оставшейся части прибыли зарубежной компании бизнес будет обязан заплатить налоги в Украине.

Вряд ли стоит здесь говорить о ручном управлении. Переходные положения — это, скорее всего, более простой способ приучить отечественный бизнес к тому, что прибыль должна облагаться налогами в той стране, где она экономически возникает.

— Насколько активно представители бизнеса участвовали в обсуждении законопроекта после его публичной презентации в декабре? Много ли (и каких именно) их предложений было учтено?

— Этот вопрос следует адресовать Министерству по доходам и сборам. Насколько мне известно, министерство проводило консультации с крупным бизнесом еще до публичной презентации законопроекта. Сейчас различные бизнес-ассоциации продолжают тщательно анализировать этот законопроект — и Американская торговая палата (В.Власов является сопредседателем комитета по вопросам налоговой политики AmCham. — Ред.), и Европейская бизнес-ассоциация, и Федерация работодателей Украины, и Союз промышленников и предпринимателей.

С момента презентации законопроекта и до его рассмотрения Кабинетом министров прошло не так много времени, и, вполне логично, если новые комментарии и предложения бизнеса появятся на стадии обсуждения этого документа в парламенте. Депутаты должны прислушаться к любым комментариям, направленным на упрощение и большую эффективность нового механизма контроля за трансфертными ценами.

— Действительно ли бизнесу придется существенно увеличить расходы на подготовку "трансфертной" отчетности для налоговой?

— На первом этапе увеличение не только расходов, но и временных затрат различных подразделений предприятий, равно как и Миндоходов, на соблюдение новых правил будет неизбежным. Это доказывает мировая практика. Та же практика показывает, что со временем соблюдение новых правил превратится в обычную повседневную деятельность бизнеса и государства. Бизнес не будет возражать против дополнительных затрат, если они приведут к более цивилизованному диалогу с налоговым министерством и позволят бизнесмену и налоговому инспектору разговаривать на одном языке.

— По вашим прогнозам, как принятие закона может повлиять на внешнюю торговлю Украины? Инвестиционную привлекательность страны? Ведь налогов, по идее, придется в целом платить больше…

— Давайте обратимся к опыту стран Центральной и Восточной Европы. Мы не увидим ни в одной из этих стран сокращения внешнеторгового оборота в результате введения правил трансфертного ценообразования, не произойдет этого и в Украине. Наоборот, приближение украинских правил к правилам стран — торговых партнеров нашей страны может только способствовать увеличению торгового оборота.

Если говорить о прямых иностранных инвестициях в страну, то, несомненно, инвестиционный имидж Украины повысится, потому что мы введем цивилизованные и понятные для иностранных инвесторов правила, по которым они работают в своих странах. Что касается отечественного бизнеса, вышедшего на международные рынки и принимающего решение инвестировать в Украину или в другие страны, то правила трансфертного ценообразования не должны склонить это решение не в пользу Украины, если они будут соответствовать передовым мировым практикам.

Хочу особо подчеркнуть, что государство не вмешивается в ценообразование, в коммерческие отношения бизнеса. Бизнес волен строить их так, как ему выгодно. Правила трансфертного ценообразования влияют исключительно на налоговые обязательства бизнеса. Как показывает передовой мировой опыт, бизнес примет эти правила, если они будут прозрачными, понятными и экономически справедливыми.